1. Перейти к содержанию
  2. Перейти к главному меню
  3. К другим проектам DW

Угрозы Лукашенко расправиться с уехавшими - не пустые слова

Александр Фридман, белорусский ученый, колумнист DW
Александр Фридман
17 марта 2023 г.

В заявлениях Лукашенко и его окружения регулярно звучат угрозы расправы над оппонентами режима за пределами страны. Речь идет о запугивании? Александр Фридман рассуждает об исторических параллелях.

Противник режима Лукашенко с бело-красно-белым флагом Фото: Sergei Bobylev/TASS/dpa/picture alliance

Специально для рубрики "Беларусь.Перспективы" Александр Фридман написал комментарий о том, реальны ли угрозы Лукашенко расправиться с оппонентами его режима, живущими за рубежом, и было ли нечто подобное в истории. Обсудить его мнение и поделиться своим можно под соответствующим постом в телеграм-канале "DW Беларусь".

7 марта Александр Лукашенко озвучил официальную версию атаки на российский военный самолет ДРЛО 50-А на аэродроме в Мачулищах под Минском. Ответственность за подготовку диверсии была возложена на Службу безопасности Украины, а также на ее "пособников" из числа белорусских политэмигрантов за пределами страны и противников режима внутри самой Беларуси. Речь Лукашенко традиционно изобиловала конспирологическими теориями и содержала оскорбления в адрес президента Украины Владимира Зеленского. Особенно досталось так называемым "беглым" - оппонентам режима за границей, которым "бессменный президент" и вовсе пригрозил расправой.

Подобные угрозы звучат из уст Лукашенко и его сподвижников далеко не в первый раз. Их тиражирует и белорусская государственная пропаганда, в которой уже третий год обсуждаются различные способы "наказания" как лидеров протестного движения, так и рядовых активистов. При этом встречаются намеки, а порой и открытые призывы к похищению и вывозу "врагов" в Беларусь и даже к их физической ликвидации. 

Слова Лукашенко являются популистской устрашающей бравадой или же официальный Минск на самом деле намеревается прибегнуть к радикальным методам?

Не Израиль, а Югославия

С августа 2020 года в белорусской государственной пропаганде резко усилились антисемитские тенденции, проявившиеся, среди прочего, в нападках на критиков действующей власти еврейского происхождения, распространении конспирологических нарративов с выразительным антисемитским оттенком и беззастенчивой политической инструментализации темы Холокоста.

Александр ФридманФото: Privat

Данная особенность не помешала, однако, пропагандистам ухватиться за пример Израиля: как еврейское государство и его внешняя разведка "Моссад", защищая национальные интересы и невзирая на международную критику, расправляется с врагами Израиля по всему миру, так следует поступать и Беларуси. За скобки при этом намеренно был вынесен тот факт, что целями акций "Моссада" были отнюдь не политические оппоненты израильских властей, а нацистские преступники (дело Адольфа Эйхмана), палестинские функционеры и активисты, избравшие путь вооруженной борьбы с Израилем и активно прибегавшие к террору, а также, возможно, ответственные за атомную программу в Иране, провозгласившем своей целью уничтожение государства Израиль.

Если пропагандистские отсылки к опыту Израиля не выдерживают никакой критики, носят искаженный, а порой и откровенно антисемитский характер, то уместным представляется скорее сравнение с относительно малоизвестным случаем Югославии. В период с 1967 по 1989 югославские спецслужбы уничтожили в ФРГ 29 хорватских диссидентов.

Убийства по приказу маршала Тито 

После Второй Мировой войны в Западной Германии и, прежде всего, в Баварии нашли прибежище многочисленные политические эмигранты из Хорватии, выступавшие за отделение республики от Югославии. Число хорватских политэмигрантов неуклонно росло и приближалось в первой половине 1980-х годов к отметке в 10 000 человек. В ФРГ выходила хорватская пресса, в Мюнхене был создан "Хорватский национальный комитет", а отдельные активисты сделали ставку на вооруженное сопротивление коммунистической диктатуре и, в частности, разрабатывали планы террористических актов на территории Югославии.

За деятельностью хорватской диаспоры внимательно наблюдали как западногерманские спецслужбы, с которыми сотрудничали многие эмигранты, так и югославская (особенно хорватская) госбезопасность, создавшая свою разветвленную агентурную сеть в ФРГ. 

Во второй половине 1960-х президент Иосип Броз Тито дал "чекистам" зеленый свет на ликвидацию хорватских политэмигрантов. Убийства продолжались вплоть до самого распада Югославии, а жертвами стали как политики и активисты, так и журналисты и общественные деятели. Убийцы действовали намеренно дерзко и жестоко. Целью Белграда и Загреба было не только устранение конкретных фигур, но и попытка запугать и деморализовать хорватское сообщество в ФРГ.

Символом преступлений стало убийство Степана Джурековича в июле 1983 года в баварском Вольфратсхаузене. В начале 1980-х годов убитый занимал пост директора по маркетингу крупного югославского нефтегазового концерна INA. Обвиненный на родине в экономических преступлениях, Джурекович бежал в 1982 году в ФРГ, со спецслужбами которой он и ранее поддерживал отношения.

В Западной Германии он стал видной фигурой среди хорватской эмиграции и выпустил ряд изобличительных книг об экономической и политической системе Югославии. Убийство Степана Джурековича стало расправой над бывшим "человеком системы", объявленным "предателем". Трагическая судьба постигла и его сына Дамира, который перебрался в Канаду и там, согласно весьма спорной официальной версии, в 1987 году покончил жизнь самоубийством.

Серия убийств хорватов в ФРГ попала в поле зрения немецкой печати лишь в 2016 году - в рамках судебного процесса над бывшим главой хорватской госбезопасности Здравко Мустачем и его подчиненным Иосипом Перковичем. Верховный земельный суд в Мюнхене признал их виновными в организации и подготовке убийства Джурековича-старшего и приговорил к пожизненному заключению

Беларусь 2020-х и Югославия 1980-х

Между нынешней Беларусью и тогдашней Югославией есть серьезные отличия, но есть и ряд общих черт.

Если Минск на европейском направлении находится в состоянии глубокой изоляции, то у Белграда были тесные связи со странами Запада и Югославия делала ставку на расширение сотрудничества с ними. В мае 1978 года балканская страна завоевала право на проведение зимних Олимпийских игр, которые прошли в феврале 1984 в боснийском Сараево. В отличие от Лукашенко после подавления протестов и самое позднее после поддержки России в войне против Украины маршалу Тито и его преемникам было что терять как в экономическом, так и в политическом плане. ФРГ являлась одним из ключевых партнеров Югославии на Западе, а рассчитывать на поддержку Москвы не приходилось. И тем не менее интересы национальной безопасности (как их понимали в Белграде и Загребе), а также жажда расправы над противниками и "предателями" перевесили все риски.

Режиму Лукашенко будет куда легче решиться на подобные шаги. Если ФРГ и Бавария стали центрами хорватской политической и интеллектуальной эмиграции, то большая часть белорусских политэмигрантов осела в Польше и Литве и их количество значительно превышает число хорватов в ФРГ. Отношения официального Минска с ЕС и особенно с этими странами остаются очень напряженными. Если Бонн в 1970-е и 1980-е годы не проявлял интереса к смене власти в Югославии (не говоря уже об отделении Хорватии), то Вильнюс и Варшава не только активно работают с демократическими силами, но являются сторонниками предельно жесткого курса по отношению к белорусским властям и делают ставку на смену власти в Минске.

Среди белорусских политэмигрантов сегодня есть сторонники радикальных методов борьбы с режимом Лукашенко, а в Украине белорусские добровольцы участвуют в войне на стороне ВСУ и не скрывают, что их окончательной целью является освобождение Беларуси.

Как и югославские спецслужбы в ФРГ, белорусские "чекисты" очевидно не сидят сложа руки. И в Варшаве, и в Вильнюсе все чаще отмечают их активности на территории этих стран, а, казалось бы, бессмысленные с практической стороны заочные судебные процессы над Светланой Тихановской, Павлом Латушко и их соратниками могут быть на самом деле предвестником радикальных действий. 

После событий 2020 года режим Лукашенко неуклонно демонстрирует жесткость и бескомпромиссность, не задумываясь при этом о политических и экономических последствиях. Примеров тому масса: и принудительная посадка рейса Ryanair с Романом Протасевичем на борту в мае 2021 года, и искусственный миграционный кризис на границах Беларуси и ЕС, и продолжающиеся масштабные репрессии в самой Беларуси, и введение смертной казни за государственную измену, и десятилетний приговор нобелевскому лауреату Алесю Беляцкому. Белорусским властям не занимать решимости, а за спиной у них маячит зловещая фигура Кремля, прибегающего еще с советских времен к похищениям и убийствам "врагов" и "предателей" на Западе. В таких условиях реализация "югославского сценария" не представляется такой уж невероятной.

Автор: Александр Фридман, историк, ассоциированный сотрудник Берлинского университета имени Гумбольдта.

Комментарий выражает личное мнение автора. Оно может не совпадать с мнением редакции и Deutsche Welle в целом.

Смотрите также:

Гостерроризм: кто остановит Лукашенко?

44:10

This browser does not support the video element.

Пропустить раздел Еще по теме

Еще по теме

Пропустить раздел Топ-тема

Топ-тема

Пропустить раздел Другие публикации DW

Другие публикации DW